May 8, 2021

Шеварднадзе меняет внешнеполитические ориентиры?

  • by Archives.am
  • 29 Years ago
  • Comments Off

“Независимая газета”, 17 октября 1992г., пятница, N 201 (372)

«Севером» может стать не Москва, а Северный Кавказ

Лиана Минасян
Грузия

ТО, ЧТО новую встречу Ельцина и Шеварднадзе организовать будет гораздо сложнее, чем предыдущую, было ясно — с тех пор абхазские военные формирования успели отбить Гагру и итоговый документ московской встречи 3 сентября рухнул, похоронив под собой репутацию российской политики в регионе. Но московский документ был обречен — он ставил абхазское руководство в заведомо невыгодное положение (территория, контролируемая абхазами, сужалась на треть, их положение становилось ущербным, и последствия эмоционального стресса не были исчерпаны, после того как в Сухуми со здания Верховного Совета был снят национальный флаг). А любое неравноправное соглашение, подписанное под давлением, рождает настроения реванша, и абхазы пренебрегли документом в удобный с точки зрения военной конъюнктуры момент.

В Тбилиси это вызвало шок — не столько из-за «коварства» противника, сколько потому, что рушилась отстаиваемая Шеварднадзе едва ли не в одиночку концепция российско-грузинских отношений, где Грузии отводилось особое место стратегического партнера в Закавказье. Если бы «северное» направление внешней политики не было для грузинского лидера одним из Главных, реакция не оказалась бы столь нервной. Резкость демаршей Шеварднадзе — а он потребовал перевода под юрисдикцию республики российских войск, национализации их имущества и вывода из Абхазии российской военной группировки – вызвана, возможно, глубиной разочарования: чем теснее была зависимость, тем громче разрыв и глубже недоверие. А недоверие велико: заместитель премьер-министра Грузии Сандро Кавсадзе, который сейчас практически единственный человек в руководстве Грузии, кто поддерживает отношения с совместной комиссией по контролю над выполнением московского соглашения, сказал, что первоначальный российский план урегулирования предполагал именно то положение, которое сегодня сложилось де-факто: границу России и Грузии контролируют российские силы, территорию до Эшер — абхазские.

Отсутствие видимых компромиссов на переговорах министров иностранных дел Козырева и Чикваидзе вынуждают грузинские власти импровизировать: Шеварднадзе нужно найти новые рычаги, с помощью которых он мог бы управлять ситуацией, пока военные не взялись за дело сами. Тем более что после военного поражения командование занялось поиском предателей, а министр ооороны заявил, что эти поиски необходимо вести и среди политиков.

Пока Грузия постепенно, но последовательно делает ставку в разрешении своих проблем в Абхазии на международные организации и западные страны. Миссия ООН, побывавшая в зоне конфликта, во всяком случае, поддержала грузинскую позицию по поводу московского соглашения как основополагающего документа в переговорах по поводу Абхазии. Письмо Буша Шеварднадзе с полагающимися в таких случаях заверениями в поддержке председателя лично и политики, направленной на сохранение целостности Грузии в частности, тоже сыграло роль. Но реальная ориентация на Запад так же желательна, как и проблематична. Связи с Западом — это личные связи грузинского лидера и, возможно, отдаленная перспектива, а сегодня эффект от них скорее моральный, чем физический. Международные же организации свято соблюдают процедуру, не рассчитанную на моментальное реагирование в экстремальных ситуациях.

Есть еще один косвенный симптом того, что публичные интерпретации грузино-абхазского конфликта больше ориентированы на восприятие за пределами постсоветской зоны: разговоры о религиозном характере противостояния, и ссылки на то, что волонтеры КГНК представляют террористическую фундаменталистскую организацию. Пока это больше игра на предрассудках, но, если долго и настойчиво вызывать духа, он может по­явиться, скажем, в Аджарии или в Марнеули, Гардабани, Болниси — районах, населенных пре­имущественно азербайджанца­ми. Сам Северный Кавказ ни­когда не был «гнездом» фунда­ментализма, здесь влияние му­сульманского духовенства на политику никогда не было ради­кальным, кроме, может быть, Ингушетии, но она-то как раз наименее интегрирована в Кон­федерацию.

Но, кстати, то неприятие, ко­торое вызывает деятельность Конфедерации у властей респуб­лик Северного Кавказа, дает ру­ководству Грузии дополнитель­ное пространство для маневра. По крайней мере, оно уже гото­во, по заявлению Шеварднадзе, пойти на «сепаратные» переговоры с официальными предста­вителями Северного Кавказа. Не случайно Эдуард Шеварднадзе подчеркивает свои «конструк­тивные» почти дружественные контакты с председателем ВС Северной Осетии Галазовым по поводу Южной Осетии.

ПО СООБЩЕНИЮ из штаба 3-й сухумской бригады вооруженных сил Грузии, вечером 15 октября военные формирования аб­хазской стороны пытались пе­рейти в наступление в районе реки Гумиста. В результате от­ветного огня грузинских войск продвижение абхазских отря­дов было остановлено. Как со­общил тот же источник, бой, завязавшийся 15 октября днем у села Цугуровка Сухумского района, где абхазские отряды предприняли попытку занять плацдарм для наступления на Сухуми, завершился пораже­нием абхазской стороны.

* * *

По сообщению пресс-центра ВС Абхазии, 16 октября в селе Эшера продолжался обстрел абхазских позиций грузински­ми вооруженными силами, ис­пользующими все виды артиллерийских орудий, том чис­ле и установки «Град». Министр обороны Абхазии Аршба опро­верг информацию о штурме Су­хуми абхазской стороной. В Очамчирском районе позиции сторон 16 октября оставались прежними.

НЕГА

  • facebook
  • googleplus
  • twitter
  • linkedin
  • linkedin
Previous «
Next »

Categories

Archives